Артём Тарасов - первый миллионер СССР

«Все великие бизнесмены работают на грани фола», — считал первый легальный советский миллионер Артём Тарасов. В конце 1980-х и начале 1990-х его карьера вполне соответствовала этому определению.

Звезда кооперативного движения, депутат, один из создателей «Коммерсанта» и «Русского лото», политический эмигрант, наставник Германа Стерлигова, заядлый игрок… Тарасов умел и любил жить ярко. Но когда эпоха первоначального накопления капитала закончилась, ему стало труднее находить применение своим талантам.

В последние годы предприниматель сотрудничал с партией «Яблоко» и руководил Институтом инноваций, который ставит своей целью увеличение продолжительности жизни человека до 200 лет. О том, что Тарасова больше нет, стало известно 24/07/17 днём.

«Секрет» перечитал автобиографическую книгу Артёма Тарасова «Миллионер» («Вагриус», 2004 год) и публикует несколько фрагментов.

Чем предприниматели отличаются от аферистов


Вообще-то провести чёткую грань между удачной коммерческой операцией и аферой бывает очень трудно. А иногда просто невозможно, особенно если речь идёт о всемирно известных бизнесменах…

К примеру, был ли аферистом Арман Хаммер? Ведь он, играя в политику, буквально за бесценок увозил художественные ценности из России на сотни миллионов долларов…

Многие называют аферистом швейцарского миллиардера Марка Рича, но это не так. Рич — очень талантливый коммерсант, который заработал огромные деньги. Но нет ни одного контракта, который бы он заключил и не оплатил, во всяком случае, я о таком не слышал. К нему никогда не было претензий или судебных исков… Но он уходил от налогов, и за это его преследовали власти США.

А тот же Сорос — всегда ли он честно играл? Наверное, нет. Мы с ним не раз встречались в Москве в офисе его фонда и обедали вместе.

Однажды, когда мы сидели с ним в ресторане «Пекин» на площади Маяковского в Москве, Сорос говорит:

— Артём, бросайте ваши дела и становитесь генеральным директором моего фонда!

— Не могу — у меня ведь столько проектов! — не задумываясь отказался я.

— Мы же строим в России свободное рыночное общество, как можно бросить всё это? Хотите, я вам директора подберу? Умного человека и с гарантией, что не из КГБ!

Я и не подозревал тогда, что до моего бегства из России оставалось всего несколько недель. Мой институтский друг стал по моей рекомендации работать с Соросом в Москве…

Все великие бизнесмены — люди, работающие на грани фола. Однако, в отличие от аферистов, никогда её не переступая

Я персонально знаком с несколькими миллиардерами, которые запросто могут манипулировать рынками — по самым ключевым позициям, где серьёзных игроков не так много.

Возьмём, к примеру, ту же нефть, кормушку российскую, — ведь цена, которая называется мировой, формируется на основе поведения пяти-шести ведущих нефтяных корпораций. Если они договорились, то цена выставляется как сегодняшняя мировая. И спекулятивные контракты на биржах торгуются по этим корпоративным решениям, и премии за качество нефти они также определяют.

То же происходит и с платиной, и со многими другими позициями. И хотя за рубежом любое манипулирование рынком, любая монополия подсудны, все великие бизнесмены — это люди, работающие на грани фола. Однако, в отличие от аферистов, никогда её не переступая…

Как бизнес-партнёр Артёма Тарасова Герман Стерлигов едва не погиб на необитаемом острове


Однажды в моём офисе раздаётся звонок: некий Стерлигов, владелец частного сыскного агентства, сообщает, что случайно вышел на след людей, которые самым серьёзным образом копают под мою компанию «Исток».

— Если вы найдёте время со мной встретиться, я представлю документы, которые попали ко мне от этих людей, — сказал он.

Вот такой был загадочный звонок. Я договорился о встрече у метро «Новокузнецкая». Мы подъехали туда на машине. Я вышел, смотрю: стоит худенький мальчик, в очках, весь такой субтильный — Герману тогда было двадцать два года. И ещё, кажется, трясётся от страха…

<…>

Уже потом, через несколько лет в Лондоне, Герман признался мне, что всё это был чистый блеф — он сам добыл эти документы специально, чтобы добиться встречи со мной. Причём сделал это самым простым способом. Герман просто приехал в Мосжилстройбанк и сказал: «Здравствуйте, я представитель «Истока». Дайте мне последние выписки со счетов». И ему отдали…

<…>

Я дал Герману несколько поручений, которые он очень хорошо выполнил. Мне тогда досаждал один журналист, и я хотел узнать о нём поподробнее. Вообще Герман приносил досье на любого человека, информацию о котором я заказывал.

Я был очень доволен, несмотря на то что мифические преследователи так и не обнаружились. И вдруг у Германа что-то случилось — компания прогорела, денег не стало. Он пришёл ко мне и говорит:

— Артём Михайлович, я уезжаю за границу, вы не могли бы одолжить мне $2500? Я приеду через месяц и деньги верну непременно!

Дал я ему деньги.

Герман исчез и вернулся только через полгода. Он рассказал совершенно невероятную историю, которая на этот раз оказалась правдой. Купив билет, он полетел в Доминиканскую Республику изучать возможности для бизнеса — и в казино в первый же вечер проиграл все занятые у меня деньги. Тогда он решил добраться до Кубы на лодке, чтобы там обратиться в российское посольство и вернуться в Россию. Почему-то в Доминиканской Республике посольство России не действовало. Лодка оказалась недостаточно прочной, так как он позаимствовал её за последние гроши у местного рыбака. Плывя по Карибскому морю, Герман попал в жуткий шторм, тонул и, чудом уцелев, попал на необитаемый остров.

Уже не помню, сколько времени он прожил на этом острове, потом какие-то случайные туристы забрали его, полуживого, и снова отвезли в Доминиканскую Республику. Там нашлась женщина, которая поверила ему на слово, одолжив денег на обратный билет. Герман, кстати, об этом не забыл: став миллионером, он ещё раз слетал в Доминиканскую Республику и отблагодарил свою спасительницу сотней тысяч долларов.

Почему юный русский капитализм так быстро стал бандитским


Пока существовала плановая советская система, Россия не могла стать бандитской страной. Экономические преступления совершались в сравнительно небольших размерах — в теневой экономике, в торговле и мелком производстве. Люди же, которые контролировали действительно большой капитал, то есть казну государства, сами в воровстве не нуждались. Они жили на всём готовом, практически при коммунизме.

Все деньги страны были фактически приватизированы. Их могли расходовать так, как вздумается, как в голову взбредёт! И никто этих людей не контролировал. Они были вне преследований и вне подозрений. Они работали в Политбюро ЦК КПСС, в КГБ, в Совете министров СССР, в Госплане и Госснабе, в министерствах и ведомствах, в органах партийной власти на местах.

Когда рухнула система планового распределения и централизованного управления страной, деньги стали распределяться по всей её территории, и начался неуправляемый из центра процесс. Неуправляем он был и на местах. Представьте себе какой-нибудь город в Сибири, где директор нефтеперерабатывающего завода, которому разрешили напрямую, без внешнеторговой организации экспортировать продукцию и продавать её куда хочешь, вдруг в одночасье становился богатым человеком. У него появилась иностранная машина, он построил себе роскошную виллу в пригороде…

Конечно, очень скоро к нему приходил местный криминальный авторитет, у которого была армия бандитов. И директор, не желая портить отношения и рисковать, начинал отчислять ему сначала рубли, а потом валюту. Тот же предлагал отныне защищать директора и интересы его предприятия.

Через какое-то время директор обращается к авторитету за помощью, поскольку у него возникла проблема. Чтобы отгрузить дополнительный объём нефти, нужна подпись бюрократа из местного представительства государственной структуры, которую тот не даёт.

Авторитет начинает решать проблему. Он обычно обо всём договаривается. А если нет, этого человека стараются запугать, доводя до такого состояния, что он всё равно подпишет нужные бумаги. Либо его просто убивают. Тогда на его место приходит другой, свой и понятливый, с которым можно всегда договориться.

Дальше — больше. Нужно что-то решить, а чиновник в Москве этому препятствует. Местные авторитеты выходят на московских авторитетов, и работа идёт по той же схеме…

Из российской глубинки в Москву, к центральным группировкам бандитов устремились потоки различных дел, а значит, и «лаве» — больших денег! Часто и здесь разборки заканчивались трупами.

Следствие и поиск виновных влекли за собой подкуп милиции и прокуратуры. Очень скоро стражи порядка, сидевшие на мизерной зарплате, начинали сотрудничать с криминальным группировками и часто сами переходили в эти структуры, где платили во много раз больше.

Придя туда, они сохраняли и поддерживали связи в органах со своими бывшими коллегами, подкармливали их, разлагая эту службу изнутри.

Таким образом, огромные деньги, которые были заработаны на банкротстве Внешэкономбанка и чеченских авизо, а позднее на приватизации государственной собственности и торговле природными ресурсами, оседали в криминальных структурах, что позволило им очень быстро развиваться. У них появились талантливые менеджеры-финансисты, интеллигентные референты и визажисты.

Очень многие бандиты занялись недвижимостью, в том числе и за рубежом, которая стоила по российским меркам копейки. Поэтому первая волна приватизации процентов на шестьдесят оказалась криминальной. А оставшиеся сорок процентов выкупили западные фирмы через подставных представителей.

В итоге сформировавшиеся российские криминальные структуры сильно отличаются от всех известных в мире, например, тем, что существуют в бизнесе совершенно открыто. Когда английские банкиры говорят со мной о вывезенных российских нелегальных капиталах, я возражаю: таких вообще нет!

— Как это нет? — удивляются они.

— А вот так! По вашим меркам нелегальные деньги — это наркобизнес, подпольная торговля оружием и проституция. У нас всё это процветает, но вовсе не является главной статьёй дохода криминального мира. Наш основной криминалитет — в банках, финансах, недвижимости, экспортной торговле… А это легальный бизнес!

Конечно, на Западе это до сих пор вызывает шок — и ещё какой! Но такова реальность…

Что стало с бизнесменом, перед которым Тарасов преклонялся, и которого он любил как сына

Однажды Илья Медков заявляет мне:

— Знаете, Артём Михайлович, а я купил ИТАР-ТАСС! Они все у меня на зарплате. Я могу теперь сообщать всему миру любую информацию, и она будет официальной, как бы государственной… Давайте на этом заработаем! — Как?! — удивился я.

– Ну, например, если передать что-нибудь ночью, у американцев ведь будет раннее утро. Никто в России за ночь не опровергнет переданное сообщение как неверное. Значит, в Америке целый день все будут на ушах стоять, прежде чем выяснят правду. Разве на этом нельзя заработать?

Илья Медков

Сидя у меня в гостях в лондонской квартире, он спокойно попивал чай и закусывал сухариком.

— Давайте, например, передадим, что Ельцин умер, и власть в России снова перешла в руки коммунистов. Что в Америке после этого произойдёт? Артём Михайлович, вы могли бы это просчитать? Что будет с ценами на американской бирже в этот день? Или можно что-нибудь более изысканное сделать: сообщить, что кубинские ядерные боеголовки на советских ракетах, о которых столько лет молчали секретные службы СССР, остались без технического обслуживания. А Фидель Кастро обратился за помощью к российскому правительству — он боится, что система наведения сработает автоматически и приведёт к их непроизвольному запуску в сторону Америки. Как вы думаете, насколько упадут акции компаний по недвижимости во Флориде? Можно ведь их скупить, а потом продать? Зато акции американских военных корпораций, наверное, вырастут в цене, а когда всё выяснится, сразу упадут обратно!

Я говорю:

— Илья, по-моему, это чудовищно! И уж точно незаконно…

— Незаконно где: в России или в Америке? У нас чего только не пишут сейчас. В России свобода слова, Артём Михайлович, и никто ничего при этом не нарушает. А вы что, предлагаете мне законы Америки соблюдать? Вот ещё! Пусть американцы об этом беспокоятся!

Шёл 1992 год. Илья Медков говорил очень убедительно для своих неполных 26 лет. До сих пор я уверен, что российская земля породила только двух предпринимателей такого масштаба: одного реального — Илью Медкова, а другого литературного — Остапа Бендера…

Вскоре я побывал в Нью-Йорке, где встретился со знакомыми брокерами. Решил ради интереса поведать им идею Медкова. Меня выслушали с округлившимися от страха глазами и говорят:

— Да за это 20 лет тюрьмы дают — и нам, брокерам, в том числе! Давайте считать, что нашего разговора не было…

А Илюша — я почти уверен, что это был именно он, — вскоре провёл совершенно потрясающую комбинацию. ИТАР-ТАСС вдруг сообщил, что в Ленинградской области на атомной электростанции произошла утечка ядерного топлива. Разумеется, это сообщение тут же повторили все информационные агентства. Мир, напуганный Чернобылем, буквально закипел — такой информационной волны в прессе давно не видели. Несмотря на опровержения, скандал продолжался в течение почти двух недель. Нанятые Илюшей брокеры скупали акции ведущих скандинавских компаний, которые чудовищно упали в цене…

Я сам, кстати, в тот момент не сообразил, что это мог быть сюрприз от Медкова. Но когда ко мне обратился один из лондонских предпринимателей, у которого в Швеции был очень крупный бизнес, я моментально связался со своим приятелем в Ленинграде, очень известным человеком. Тот поехал на электростанцию и встретился с не спавшим несколько ночей директором.

— Да у нас всё нормально! — кричал директор. — Поверьте, ничего не было! Мы тоже слышали сообщение ТАСС, но это полная чушь, ничего не произошло! Кто это делает? Зачем? Меня буквально завалили запросами, телефоны не унимаются! Минатом в панике, едут сразу несколько проверок, в том числе и международных!

За эту консультацию я получил $30 000. Сколько заработал Илюша? Не в этом дело. В России наступил дикий капитализм со всеми его криминальными последствиями.

Илью Медкова, которого я любил, как сына, и перед талантом которого преклонялся, убили в 1993 году. Киллер стрелял из вентиляционного окошка с пятого этажа дома, расположенного напротив входа в офис Медкова, под углом в тридцать градусов. Три выстрела были произведены за десять секунд: две пули попали в печень и живот, одна — в голову. Звуков выстрелов никто не слышал, поскольку стреляли с глушителем. Киллер бросил винтовку на лестничной площадке, спокойно вышел из подъезда и уехал.

А сопровождавшим показалось, что Илюша просто споткнулся на ступеньке офиса и упал перед открытой дверью своего бронированного «Мерседеса»…

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.